В апреле пробудившаяся после зимней паузы земля выплескивает многоцветье красок.
Уставшая от зимней спячки природа стелет на столообразную поверхность Недреманной горы сине-зеленое покрывало, основной фон которого создает мышиный гиацинт. Редко где можно наблюдать такое обилие этого растения. Представьте – синяя рябь уходит к линии горизонта и там сливается с лазурью неба. Но стоит сделать несколько шагов, как в сине-зеленой палитре ковра обнаруживаются крохотные желтые вкрапления – тюльпаны Биберштейна. Период цветения эфемероидного геофита всего 9 дней. Совсем скоро степь переоденется в красное. Об этом подсказывают готовые распустить бутоны пионы узколистные, прозванные в народе лохмачами.
В привершинной части незадернованная бронирующая плита образует карниз, от которого откалываются различной величины глыбы, усеявшие вперемежку с деревьями весь западный склон до первого оползневого вала. За валом – ложбина и новый вал, снова ложбина и очередной вал… и так до самого хутора Рынок, приютившегося в котловине, противоположную сторону которой замыкают отрог Недреманного хребта и купол Острой. Почему ее так назвали, остается загадкой. Ни с одной стороны гора таковой не кажется. Ее контуры скорее напоминают шатер степняков-кочевников, с незапамятных времен, сменяя друг друга, проходивших этими дорогами.
В условиях низкорослой травы с вершины можно увидеть лис, «промышляющих» между увалами. И, кажется, нам это удается. В одной из ложбин замечаем выскочившего на скалы буроватой окраски зверька. Нас разделяют приблизительно метров сто пятьдесят, что позволяет значительный промежуток времени разглядывать друг друга. Выставив на фотоаппарате максимальное фокусное расстояние, делаем несколько кадров. В стационарных условиях, увеличив масштаб изображения, понимаем, что зверь – не лисица, а крупный байбак (обыкновенный степной сурок).
Наслаждаясь вплетенным в ажурную вязь камня белоснежным цветением плодовых, неспешно продвигаемся вдоль обрыва. Достигнув узкого вреза, спускаемся по щелевидной балке к роднику. Над водой в обрамлении живописных каменных выходов пленяет взор поляна фиалок. Будь вы даже незрячи, вряд ли пройдете мимо. Исходящий от цветов пьянящий аромат выдает их присутствие. Со дня на день зацветет белокопытник. Растение уже выкинуло метелки, которые при отсутствии распустившихся лепестков выглядят пока не впечатляюще.
На пути к Воровскому лесу замечаем в калиннике сохранившиеся с осени красные гроздья. Прошлогодние, кажется только-только созревшие, плоды обрамлены нежно-зеленой молодой листвой. Не часто увидишь такое!
Лес еще не успел одеться в зеленый наряд. Из своего летнего гардероба он примерил лишь травяную юбку.
Дальнейший путь лежит в хутор Рынок. Остающиеся справа по ходу движения наиболее привлекательные оползневые формы склонов Недреманной горы фиксирует память фотоаппарата. Разворачивающиеся за хутором картины сравнимы с райскими садами Эдема. Кипень цветущих на склонах балки кустарников даже под тускловатым небосводом поражает своим жизнеутверждающим видом. Малахит первой травы и белоснежная фата куртин, среди которых бродят овечьи отары, – сказочный сюжет!
У крохотного водопадика на безымянном ручье нас ждет встреча с копошащимися в речном русле черепахами. Одна из рептилий, словно ощутив угрозу, ныряет под камыши. Ее замешкавшаяся подруга остается запечатленной на фото.
Весьма интересное и протяженное путешествие заканчивается в хуторе Верхнеегорлыкском, известном красивейшим виадуком на трассе бывшей Туапсинской железной дороги.
