Образ и подвиг отважного полицейского, погибшего в Сергокале, не покидают узбекского поэта Бахтиёра Ирмухамедова с тех пор, как он узнал о нём.

Накануне Портал Северного Кавказа опубликовал стихи поэта о герое под названием «Славному сыну Дагестана». «99,99% людей в том положении, в каком оказался Магомед, молили бы о пощаде или согласились бы выполнять волю террористов. В том и заключается подвиг Магомеда, что он не поступил так, как поступили бы многие. Именно в той ситуации, именно в том контексте и последовательности событий, и как это было сделано, как Магомед глядел в лицо своей смерти – это и есть настоящий подвиг. Он с такой внутренней убеждённостью в своей правоте произнёс «Работайте, братья», что эти слова прозвучали неимоверно мощно и пронзительно», – сказал Бахтиёр Ирмухамедов.

Он написал уже цикл стихотворений о Магомеде Нурбагандове. И мы не могли отказать в просьбе автору, ведь накануне появилось ещё одно, которое так и называется, «Магомед»:

Чей-то призрак стоит на высокой скале,
Провожая закат и встречая рассвет.
Не узнали б его даже в Сергокале
Те, кто плачут в ночи: «Магомед, Магомед».

Он и сам, будь он жив, не узнал бы себя:
Был обычным, а тут вдруг для всех меламед;
В неизвестности жил, никого не слепя,
А теперь на устах: «Магомед, Магомед».

Он стоит на скале и не может понять,
Что изрек на века жизнетворный завет,
И за это ему все поют исполать,
Восхищенно твердя: «Магомед, Магомед!»

И стоит он, открыт всем возможным ветрам,
И прозрачен его молодой силуэт,
И летает душа по полям и горам,
Где, как эхо, звучит: «Магомед, Магомед».

Несгибаем и тверд, как в то утро в лесу,
И бессмертен, как дух справедливых побед,
Он не может забыть, как упал на росу,
Как стенала она: «Магомед, Магомед».

Кровь текла на траву, и не слышался гул,
Что был соткан из птиц и листвы, и комет,
Но мерещился дед, как певучий Расул,
Подзывавший к себе: «Магомед, Магомед».

Смерть сжимала его, созерцавшая как
Сюрреальная явь всё сходила на нет
И как был обречен на подобное враг,
И как сверху сошло: «Магомед, Магомед».

Словно карма ветров и планида земли
Наблюдали за тем, как пророчеству вслед
Заостренной скобой вознеслись журавли
И курлыкали в стон: «Магомед, Магомед».

Он стоит на скале, охраняя свой край,
И так будет стоять ещё тысячи лет,
И все тысячи лет, не смолкая и в грай,
Будет родина петь: «Магомед, Магомед».