Удивительно теплый и солнечный декабрь четырнадцатого года дарит возможность насладиться очарованием приготовившегося к зимней стуже пятиглавого Бешту.

Со стороны города Лермонтова открывается восхитительная панорама западных склонов «монарха» Пятигорья. Наш путь лежит к одному из самых известных природных объектов этого района.

Крутой каменистой тропкой вдоль южной оконечности Орлиных скал ползем в направлении Малой вершины. Отсутствие листвы и прозрачность атмосферы подчеркивают величавость матушки-природы. Прекрасно описал эти места известный краевед второй половины XX века Иван Гаустов: «С первых же шагов приходится многому удивляться. Как ни долговечны скалы, а все они поддаются упорной работе солнца, воды и ветра. Там и здесь темнеют изломанные линии трещин, темнеют ямы, залегают причудливой формы полутоннельники, таятся небольшие гроты.

Теперь трудно себе представить силу подземного толчка, который, кажется, в один миг прорвал склоны Бештау и выдавил кверху, точно пасту из тюбика, такой огромный столб раскаленной, густой магмы. Возможно, в первые века своей жизни Орлиные скалы имели более простые прямолинейные очертания. Но постепенно смена температур воздуха, атмосферные явления придали скалам причудливый вид.

Правая вершина, которую обычно удается достигнуть, сложна по очертаниям, разбита на отдельные выступы, углубления, изобилует гротами, глубокими карнизами. И вот что здесь примечательно. Один из гротов ветры, дожди, морозы, солнце превратили в гору-кольцо, подобно знаменитой кисловодской. Оказывается, выветриванию поддается не только мягкий песчаник, но и крепкие трахиты. Обнаружил это бештаугорское кольцо пятигорский скалолаз Лев Ефимович Болотин в 1902 году.

Любопытно видеть, как растительный мир постепенно заселяет каменистые части Орлиных скал: лишайники, мхи, травы. Кустарники постепенно идут на смену друг другу... Дикие пчелы заполняют трещины медом».

Тут и там встречающиеся заросли азалии удивляют набухшими почками. Растения в растерянности. Они, бедные, не поймут, что на календаре нынче третья зимняя декада, а не четвертый месяц года.

Тропа приводит к каменной стене с огромным V-образным проёмом, сквозь который виден Железноводск. Снимок с этого места – любимый ракурс фотографа-профессионала и обычного любителя.

Вдоль уступа-карниза в «теле» скалы пробираемся на верхнюю видовую площадку. И вот перед нами эффектнейшая панорама. В сектор, ограниченный слева выглядывающим из-за «плеча» Малого Бештау лесистым куполом Лохматой, а справа меридианом Змеиной горы, попадает целое созвездие вулканических вершин района Пятигорья и россыпь крупных и крохотных населенных пунктов, тут и там разбросанных среди Бештаугорского леса и теряющихся в степной дали на периферии.

Если находиться чуть выше скального ансамбля, то можно увидеть «орлиный» профиль, создаваемый отбрасываемой от скал тенью.

Но пора вниз...

По Бештаугорской кольцевой дороге шагаем против хода часовой стрелки в сторону Второ-Афонского монастыря.

У родника «Три плюс один» вблизи караулки лесника останавливаемся на обед. Небесные барашки над Лисьим Носом – достойное обрамление «тыловой» части кругозора, где главными доминантами являются серовато-лиловатые каменные «туши» Юцы и Джуцы...

Ближе к закату, когда глаз непрерывно наблюдает вонзившуюся в облака стальную машукскую иглу, на юге прорисовывается синеватая гряда Большого Кавказа.

Угасание дня застает нас под Козьми Скалами, где мы будем встречать рассвет в день зимнего солнцестояния.